Суд уменьшил объем предъявленного обвинения

Предлагаем ознакомиться со статьей на тему: "Суд уменьшил объем предъявленного обвинения". Актуальность информации в 2020 году вы можете уточнить у дежурного консультанта.

Уголовный процесс
Сайт Константина Калиновского

Проблемы противодействия преступности в современных условиях:
Материалы международной научно-практической конференции 16-17 октября 2003г. Часть III.- Уфа: РИО БашГУ, 2004.

Бурылева Е.В. — ассистент кафедры уголовного права и процесса Института права БашГУ г. Уфа

О НЕКОТОРЫХ ПРОБЛЕМАХ ИЗМЕНЕНИЯ ОБВИНЕНИЯ В УГОЛОВНОМ ПРОЦЕССЕ

Как известно, обвинение формируется в уголовном процессе в основном на этапе предварительного расследования и лишь частично — в суде, то есть по делам частного обвинения. После предъявления обвинения расследование дела продолжается и могут возникнуть обстоятельства, влекущие его изменения. Мы коснемся прежде всего обвинения в материально-правовом смысле, как «совокупность установленных по делу и вменяемых обвиняемому в вину общественно-опасных и противоправных фактов (их признаков), составляющих существо того конкретного состава преступления, за которое лицо несет уголовную ответственность и, по мнению обвинения, должно быть осуждено».1

Правильное решение вопроса об изменении обвинения имеет большое значение. Во-первых, потому что именно предъявленное обвинение определяет пределы судебного разбирательства в соответствии с ч.1 ст.252 УПК РФ. Во-вторых, от изменения обвинения зависит полная реализация прав и законных интересов участников уголовного процесса, главным образом потерпевшего.

В соответствии с феноменом изменения обвинения по УПК РСФСР допускалось любое внесение изменения в предъявленное лицу обвинение, если оно вытекало из закона и существующих в действительности фактов. Возможно было изменение и в процессуальном смысле, т.е. переход от частного обвинения к публичному или наоборот, при наличии законных оснований.2

Изменения объема и содержания обвинения по действующему уголовно-процессуальному законодательству возможны на различных стадиях уголовного процесса (ст.175, п.1 ч.2 ст.221. ч.2 ст.226, ч.5 ст.236, ч.8 ст.246, ч.2 ст.252 УПК РФ). Но для каждого этапа они имеют определенные особенности.

В ходе предварительного следствия при наличии законных оснований следователь может изменить границы обвинения, как в сторону смягчения, так и в сторону ухудшения положения обвиняемого. В том числе исключить часть обвинения, дополнить обвинение, изменить характер обвинение. Процессуальной формой такого изменения является вынесение нового постановления о привлечении лица в качестве обвинения и предъявлении его обвиняемому в установленном порядке. Если же предъявленное обвинение в какой-либо части не нашло подтверждения, следователь прекращает уголовное преследование в соответствующей части.

Полностью согласны с законодателем, что необходимо предъявлять новое обвинение и тогда, когда изменение квалификации в сторону смягчения не изменяет обвинения по существу. Это необходимо, чтобы «обвиняемый на предварительном следствии, а не только в суде, был поставлен в известность о том, как формулируется его обвинение, какие последствия грозят за инкриминируемые ему деяния».3

Дальнейшее изменение обвинения допускается уже по решению прокурора при утверждении им обвинительного заключения. При этом прокурор вправе в соответствии с п.1 ч.2 ст.221 УПК РФ изменить объем обвинения либо квалификацию действий обвиняемого по уголовному закону о менее тяжком преступлении.

А как быть, если квалификация меняется в сторону смягчения, но в то же время влечет изменение обвинения по существу? Возможно ли изменение обвинения в такой ситуации? Или же прокурор должен возвратить уголовное дело следователю для производства дополнительного следствия? Законодатель этот вопрос оставил открытым. Такого рода неточность в законе может породить негативные последствия, а именно нарушение права обвиняемого на защиту, поскольку на основании ч.4 ст.47 УРК РФ обвиняемый имеет право возражать против обвинения. Ему должна быть предоставлена возможность дать объяснения по новой, ранее неизвестной ему формулировки обвинения.

На наш взгляд, УПК РСФСР наиболее удачно определял пределы допустимости изменения обвинения на данном этапе уголовного процесса. Так, на основании ст.215 УПК РСФСР прокурор был вправе своим постановлением исключить из обвинительного заключения отдельные пункты обвинения, а также применить закон о менее тяжком преступлении. В случае изменения обвинения на более тяжкое или существенно отличающееся по фактическим обстоятельствам прокурор возвращал дело следователю для предъявления нового обвинения.

Считаем, что такое решение вопроса полностью соответствует принципу справедливости и должно быть учтено при дальнейшей работе над УПК РФ.

Иначе теперь решается вопрос о допустимости изменения обвинения при рассмотрении дела в суде.

В отличие от УПК РСФСР, где судья при назначении судебного заседания мог самолично изменить пределы судебного разбирательства, действующее законодательство не наделяет суд аналогичным правом. В соответствии с ч.5 ст.236 УПК РФ судья лишь отражает в своем постановлении изменения обвинения, сделанные прокурором в ходе предварительного слушания. Это связано с тем, что сегодня суд- беспристрастный арбитр. И до постановления приговора не может делать вывод о доказанности или недоказанности предъявленного обвинения.

Одним из новшеств УПК РФ явилось то, что утратил свое действие институт возвращения уголовного дела на дополнительное расследование. Тем самым становится полностью недопустимым поворот к худшему положения обвиняемого после того, как дело направлено в суд для рассмотрения по существу. Но от этого проблем не становится меньше. В силу ч.8 ст.246 УПК государственный обвинитель до удаления суда в совещательную комнату для постановления приговора может изменить обвинение в сторону смягчения. «До удаления суда в совещательную комнату. «- означает, что в любой момент судебного разбирательства, начиная с открытия судебного заседания возможно изменение пределов судебного разбирательства. Возникает вопрос, в каком порядке и как это должно происходить? Закон на этот вопрос не отвечает. Конституционный Суд РФ в своем Постановлении от 8.12.2003 г. указал, что изменение государственным обвинителем обвинения в сторону смягчения должно быть мотивированным со ссылкой на предусмотренные законом основания, а вынесение судом решения, обусловленного позицией государственного обвинителя, допустимо лишь по завершении исследования значимых для этого материалов дела и заслушивания мнений участников судебного заседания со стороны обвинения и защиты.4

Если следовать указаниям Конституционного Суда РФ, то можно заметить, что не в любой момент судебного разбирательства можно изменить обвинение. А только после исследования значимых материалов дела для принятия такого решения. Более того, для изменения обвинения в суде необходимо выслушать мнение участников судебного разбирательства со стороны обвинения и защиты. И, наконец, требуется мотивированность государственным обвинителем своей позиции. Как быть, если мнения участников процесса разойдутся с убеждением гос. обвинителя или он будет недостаточно убедителен, мотивируя свое решение? Ни УПК, ни Конституционный Суд РФ не дают ответа на эти вопросы.

Некоторые авторы (правда, применительно к отказу гос. обвинителя от обвинения) считают, что суд «не обязан механически и даже вопреки здравому смыслу бесприкословно следовать позиции государственного обвинителя». Предлагая при этом ввести в УПК норму, дающую право суду на обращение к лицу, утвердившему обвинительное заключение, или к вышестоящему прокурору с запросом о проверке обоснованности принятого решения гос. обвинителем. Прокурор, получив подобный запрос суда, должен своим заключением либо подтвердить позицию гос. обвинителя либо поручить поддержание обвинения другому лицу, либо поддержать его самому.5

Считаем такой взгляд на сложившуюся проблему не самым удачным, подрывающим авторитет прокуратуры и суда. Будет не корректно, если в судебном разбирательстве один гос. обвинитель изменит обвинение или вовсе откажется от него, а на его место придет другой и вернет все в первоначальное положение. На что тогда станет похож суд? К сожалению, ликвидировав институт доследования, законодатель не предложил ничего взамен.

В заключение хотелось бы остановиться о пределах допустимости изменения обвинения в процессуальном смысле. Как можно уже заметить, что УПК РФ допускает изменения обвинения на всех стадиях уголовного процесса, если этим не ухудшается положение обвиняемого и не нарушается его право на защиту. В связи с этим можно сделать вывод, что допускается изменения обвинения с публичного на частное. А на предварительном расследовании и тогда, когда новое обвинение по содержанию существенно отличается от ранее предъявленного обвинения. Что же касается дел частного обвинения, то здесь обратная связь отсутствует так как при их рассмотрении не допускается поворот положения подсудимого к худшему (ч.5 ст.321 УПК РФ).

Читайте так же:  Акт об отсутствии отопления в нежилом помещении

Литература и примечания

Зинатуллин З.З. Общие проблемы обвинения и защиты по уголовным делам. — Ижевск, 1989. С.14. 2.

Подробно об этом см.: Фаткуллин Ф.Н., Зинатуллин З.З., Аврах Я.С. Обвинение и защита по уголовным делам. — Казань, 1976. С.65-69. 3.

См.: Строгович М.С. Курс советского уголовного процесса. — М.: Наука, 1970. С.164. 4.

Постановление Конституционного Суда РФ № 18-П от 8 декабря 2003 г. //Рос. газета. 2003. №257. С.5. 5.

См.: Алиев Т.Т., Громов Н.А., Зейналова Л.М., Лукичев Н.А. Состязательность и равноправие сторон в уголовном судопроизводстве. М., 2003. С.74.

К ВОПРОСУ О НЕКОТОРЫХ ПРОБЛЕМАХ ИЗМЕНЕНИЯ ОБВИНЕНИЯ ПРОКУРОРОМ В СУДЕБНОМ РАЗБИРАТЕЛЬСТВЕ

Аннотация. Статья посвящена анализу норм уголовно-процессуального законодательства и сложившейся правоприменительной практики, касающихся изменения объема и содержания обвинения. Ситуация, при которой прокурор меняет обвинение, встречается достаточно часто, при этом причины изменения могут быть различны: допущенная ошибка в квалификации действий подсудимого, недоказанность отдельнных эпизодов, вменяемых в вину подсудимому, и многие другие. Авторами предлагается предусмотреть в УПК РФ нормы, закрепляющие обязанность прокурора изменять обвинение в письменной форме, так как в данном случае его позиция имеет значение не только для суда, для которого она обязательна, но и для других участников судебного разбирательства (особенно для подсудимого и потерпевшего), которые должны знать мотивы отказа или изменения обвинения.
Ключевые слова: прокурор, функция обвинения, поддержание государственного обвинения в суде, изменение объема и содержания обвинения, судебное разбирательство.

Одной из наиболее острых проблем в уголовном судопроизводстве остается вопрос, касающийся изменения обвинения.

Изменение объема и содержания обвинения по действующему уголовно-процессуальному законодательству возможно на различных стадиях уголовного процесса (ст. 175, п. 2 ч. 1 ст. 221, ч. 2 ст. 226, ч. 5 ст. 236, ч. 8 ст. 246, ч. 2 ст. 252 УПК РФ).

В судебной практике возникают ситуации, когда предъявленное органами предварительного следствия обвинение в ходе судебного разбирательства не подтверждается и суд при постановлении приговора квалифицирует действия подсудимого по другой статье уголовного закона. Так, органами предварительного следствия действия подсудимых Д. и К. квалифицировались по п. «б» ч. 3 ст. 163 УК РФ. Прокурор в судебном заседании отказался от указанной квалификации, считая, что их действия следует квалифицировать по ч. 1 ст. 116 УК РФ и по ст. 163 УК РФ [8].

Статья 252 УПК РФ устанавливает пределы судебного разбирательства и закрепляет правила, согласно которым таковое проводится только в отношении обвиняемого и лишь по предъявленному обвинению. По смыслу ч. 2 указанной нормы изменение обвинения в судебном разбирательстве допускается, если этим не ухудшается положение подсудимого и не нарушается его право на защиту.

Таким образом, закон устанавливает определенные запреты, которые в обязательном порядке должны приниматься судом во внимание при переквалификации действий подсудимого.

Осуществляя уголовное преследование или поддерживая перед судом государственное обвинение, прокурор выступает во имя торжества права, правосудия, законности и справедливости, что обязывает его быть объективным, беспристрастным и справедливым, а значит, подчиняющим все свои действия в ходе собирания, проверки, оценки и представления суду доказательств целям установления обстоятельств, подлежащих доказыванию (ст. 85 УПК), то есть установлению истины по делу, вынесению по нему судом законного, обоснованного и справедливого решения. Поэтому, придя на основе имеющихся по делу доказательств к убеждению в меньшей виновности подсудимого по сравнению с предъявленным ему обвинением, прокурор не только вправе, но и обязан высказать и обосновать перед судом это свое убеждение в форме мотивированного изменения обвинения или частичного отказа от обвинения.

Проблема изменения обвинения прокурором, выступающим в суде в качестве государственного обвинителя, обсуждается многими исследователями.

УПК РФ предусматривает, что в данном случае позиция прокурора обязательна для суда, который в условиях состязательного процесса не может брать на себя функцию уголовного преследования.
Однако некоторыми авторами оспариваются правильность и целесообразность подобного решения законодателя. Они считают, что «несовместимо со статусом суда такое положение, при котором суд вынужден был бы слепо повторять ошибку прокурора, неправильно квалифицирующего установленные в судебном заседании обстоятельства» [5, с. 155].

Авторы аргументируют свою позицию следующим образом. Так, В. Кобзарь пишет: «Суд лишен возможности оценивать и учитывать те выводы обвинительного заключения, которые государственным обвинителем признаны несостоятельными или ошибочными. Суд при этом не исследует и не подвергает оценке позицию прокурора, равно как и позицию подсудимого даже в случае полного признания им вины. Судьба дела в этих случаях решается не самим судом, а одной из сторон — государственным обвинителем. Теряет при таком положении свой изначальный смысл и такой важный процессуальный документ, как обвинительное заключение, утвержденное соответствующим прокурором и определявшее до недавнего времени пределы судебного разбирательства» [4, с. 24].

В. Балакшин и С. Зеленин считают, что «данное положение нарушает принцип независимости суда и посягает на свободу внутреннего убеждения судей» [1, с. 23], а следовательно, подрывается авторитет судебной власти, так как «именно суд несет ответственность за законность и справедливость окончательного решения по делу», значит, «суд обязан исправить любую ошибку следствия в квалификации деяния, в какую бы сторону она ни была допущена — в пользу обвиняемого или ему во вред» [3, с. 14]. В качестве решения данной проблемы авторы предлагают установить контроль со стороны суда над изменением позиции государственного обвинителя, настаивая на самостоятельности, то есть фактически несогласии суда с мнением обвинителя.

Однако полагаем, что предоставление суду права контроля над изменением позиции государственного обвинителя недопустимо. По сути, это означало бы выполнение судом не свойственной ему функции уголовного преследования. В соответствии со ст. 15 УПК РФ суд выполняет функцию разрешения дела, он должен исследовать обстоятельства совершенного деяния, доказательства, представленные ему сторонами. Он не должен оценивать правильность или целесообразность процессуальной позиции государственного обвинителя, как, впрочем, и защитника. Следует согласиться с мнением по этому вопросу, высказанным И. Демидовым и А. Тушевым: «Предметом судебного разбирательства является не вопрос о том, правильна или нет позиция прокурора. а обстоятельства уголовного дела в отношении подсудимого, предъявленное ему обвинение (ст. 73 УПК)» [2].

На практике возникает вопрос: как поступить суду, когда прокурор допускает ошибку в квалификации действий подсудимого и, используя полномочие, предоставленное ему п. 3 ч. 8 ст. 246 УПК РФ, изменяет объем обвинения?

Думается, что решение подобных проблем должно производиться согласно следующим двум правилам:
1. Если прокурор, по мнению суда, допускает ошибку и предлагает переквалифицировать действия подсудимого в соответствии с нормой УК РФ, предусматривающей более мягкое наказание (то есть налицо изменение обвинения), то суд должен вынести решение в соответствии с позицией прокурора, а при наличии соответствующих обстоятельств — оправдательный приговор.
2. Если же новая квалификация, предложенная прокурором, не затрагивает первоначального объема обвинения, то суд с учетом мнения подсудимого может самостоятельно принять решение.

Как правило, на практике государственные обвинители заявляют об изменении обвинения в ходе судебных прений, когда каждая из сторон вправе высказать и довести до сведения суда свою точку зрения о правильном применении закона и аргументировать ее. Так, органами предварительного следствия подсудимый Р. обвинялся в подделке официального документа в целях его использования. Однако в ходе судебного разбирательства государственный обвинитель просил суд переквалифицировать действия подсудимого с ч. 1 ст. 327 на ч. 3 ст. 327 УК РФ, так как страховой полис ОСАГО официальным документом не является, а представляет собой документ строгой отчетности государственного образца, выданный страховой организацией в качестве важного личного документа, необходимого водителю в соответствии с Правилами дорожного движения РФ, утвержденными Постановлением Правительства РФ от 23 октября 1993 г., в редакции от 30 июня 2015 года [7].

Читайте так же:  Правила приватизации квартиры с несовершеннолетними детьми

В методической литературе также даются рекомендации прокурорам, поддерживающим обвинение, делать такие заявления на тех этапах судебного рассмотрения, которые связаны с подведением предварительных или окончательных итогов по делу, то есть в процессе либо предварительного слушания, либо судебного разбирательства (по завершении исследования доказательств). Понятно, что для принятия столь ответственного решения государственный обвинитель должен прежде исследовать и проанализировать обстоятельства дела и предложенные стороной защиты доказательства.

Иногда на практике встречаются случаи, когда государственные обвинители несколько раз меняют свою позицию в ходе рассмотрения дела судом.

Возникает резонный вопрос: может ли государственный обвинитель в ходе судебного рассмотрения дела несколько раз изменять обвинение? И еще: какая позиция прокурора обязательна для суда — окончательная, обозначенная в судебных прениях, или изложенная ранее?

Исходя из выдвинутого нами тезиса о том, что позиция государственного обвинителя предопределяет пределы судебного разбирательства, необходимо однозначно ответить на поставленные вопросы. После изменения прокурором обвинения в сторону смягчения он более не имеет возможности вернуться к первоначальному обвинению, так как для подсудимого это означало бы «поворот к худшему» и, следовательно, нарушение его права на защиту.

Суд, разрешая дело, должен требовать от государственного обвинителя ясности и четкости его позиции относительно объема обвинения. Поэтому в литературе предлагается ввести требование письменной формы к порядку отказа или изменения обвинения.

Подобной позиции придерживается А.А. Михайлов, предлагающий закрепить в УПК РФ правило, в соответствии с которым изменение прокурором обвинения должно осуществляться в письменной форме, так как изменение обвинения, произведенное в устном выступлении прокурора, не всегда правильно и полно фиксируется в протоколе судебного заседания; на практике имеются случаи расхождения между тем, как зафиксировано изменение прокурором обвинения в протоколе судебного заседания, и тем, как об этом указано в приговоре суда [6, с. 134-135].

Полагаем, что с этим можно согласиться, так как в данном случае позиция прокурора имеет значение не только для суда, но и для других участников судебного разбирательства (особенно для подсудимого и потерпевшего), которые должны знать мотивы отказа или изменения обвинения.

Проведенное исследование по изучению уголовных дел позволяет сделать вывод, что в судах изменение прокурором обвинения имеет место в 23 % рассмотренных уголовных дел.

1. Балакшин, В. Состязательность или оптико-акустический обман? / В. Балакшин // Законность. — 2001. — № 12. — С. 23-27.
2. Демидов, И. Отказ прокурора от обвинения / И. Демидов, А. Тушев // Российская юстиция. — 2002. — № 8. — С. 25-27.
3. Зеленин, С. Зависимость суда от позиции прокурора / С. Зеленин // Законность. — 2001. — №5.- С. 14—16.
4. Кобзарь, В. Отказ прокурора от обвинения / В. Кобзарь // Законность. — 2001. — № 4. — С. 24-26.
5. Лебедев, В. М. Становление и развитие судебной власти в Российской Федерации / В. М. Лебедев. — М. : Рос. акад. правосудия, 2000. — 368 с.
6. Михайлов, А. А. Сущность изменения прокурором обвинения в суде первой инстанции / А. А. Михайлов // Вестник Томского государственного университета. — 2007. — № 302. — С. 134-135.
7. Уголовное дело № 1-236/2015 // Архив Волжского районного суда Самарской области.
8. Уголовное дело № 1-313/13 // Архив Советского районного суда г. Самары.

Вестник ВолГУ. Серия 5. Юриспруденция. 2016. № 3 (32)

Комментарий к статье 154 настоящего Кодекса

1. Предъявление нового обвинения производится как в случаях, когда оно

ухудшает положение обвиняемого, так и в случаях, когда речь идет о применении

закона о менее тяжком преступлении или об ином смягчении обвинения. Обвинение

должно быть предъявлено вновь, если применяется другая статья (часть или пункт

статьи), санкция которой предусматривает возможность более строгого наказания;

включаются дополнительные факты (эпизоды) преступных деяний, вменяемых обвиняемому,

независимо от того, влечет ли это изменение квалификации преступления; осуществляется

иное изменение формулировки обвинения на отличающееся от ранее предъявленного

по объекту посягательства, форме вины и т.д. (Бюл. ВС РФ, 1996, N 7, с.4).

2. Обвинение дополняется, если установлены новые преступления или эпизоды

преступной деятельности обвиняемого, обстоятельства, указывающие, что деяние

должно квалифицироваться по совокупности. Оно изменяется, если установлены

обстоятельства, влекущие применение иной части или пункта статьи уголовного

закона, неправильность первоначальной квалификации деяния; выяснено, что налицо

иная форма соучастия или стадия преступной деятельности.

3. Новое обвинение предъявляется и в тех случаях, когда при сохранении квалификации деяния необходимо изменить изложение фактических обстоятельств.

4. Новое обвинение предъявляется путем вынесения постановления в полном

объеме, а не дополнительного постановления только по новым эпизодам и обстоятельствам.

Допрос по новому обвинению также должен осуществляться в полном объеме (ст.150-152).

При этом в описательной части постановления мотивируется необходимость предъявления

нового обвинения взамен ранее предъявленного и излагается его формулировка.

Предъявление дополнительного обвинения лишь по новым обстоятельствам, эпизодам

с тем, чтобы новое постановление действовало наряду с ранее предъявленным,

нецелесообразно, так как затруднялось бы получение полных объяснений обвиняемого

и осуществление им права на защиту (Бюл. ВС РСФСР, 1980, N 6, с.9, 10), а

также оценка доказательств по взаимосвязанным обстоятельствам и эпизодам.

5. Статья 154 не упоминает о разъяснении обвиняемому при предъявлении

нового обвинения его прав, так как они уже разъяснялись. Однако в интересах

осуществления права на защиту целесообразно повторно разъяснить обвиняемому

его права и сущность нового обвинения, сделав об этом отметку на постановлении.

6. Если дело направлено прокурором или судом для дополнительного расследования,

повторное предъявление обвинения необходимо только в тех случаях, когда при

доследовании установлены данные, меняющие формулировку или квалификацию ранее

Если при дополнительном расследовании дела обвинение изменилось, следователь

обязан не только предъявить новое обвинение, но и допросить обвиняемого по

каждому конкретному эпизоду. Невыполнение этого требования является существенным

нарушением права на защиту (Бюл. ВС РСФСР, 1984, N 8, с.9).

7. Прекращение дела по части обвинения производится, когда оно отпадает

по некоторым из инкриминированных преступлений или эпизодов, оказывается необоснованной

квалификация содеянного по совокупности, отпадают некоторые квалифицирующие

8. Отмена постановления о прекращении дела в какой-либо части или постановления

о предъявлении нового обвинения, улучшающего положение обвиняемого, не влечет

автоматического восстановления ранее предъявленного обвинения. Поскольку обвиняемый

был уведомлен об улучшении своего положения, вновь предъявляется обвинение

в полном объеме для его ориентации в предмете защиты.

9. Постановление о прекращении дела в какой-либо части объявляется обвиняемому

Пределы судебного разбирательства. Изменение обвинения в суде

Закон устанавливает пределы судебного разбирательства (ст. 252 УПК), т.е. указывает, что может быть предметом судебного исследования и судебного решения по переданному в суд делу и какие вопросы, рассматривая дело, суд разрешить не вправе.

Пределы судебного разбирательства ограничены: а) по кругу лиц и б) по содержанию обвинения. Разбирательство дела в суде производится только в отношении обвиняемых и по тому обвинению, в отношении которого вынесено постановление судьи о назначении судебного заседания (ч. 1 ст. 252 УПК). Суд не может рассматривать дело в отношении лиц, которым не предъявлено обвинение. Суд не вправе выйти за пределы обвинения, в отношении которого судьей было назначено судебное заседание. При нарушении этих правил приговор подлежит отмене.

Ограничение пределов судебного разбирательства продиктовано задачей гарантировать законный порядок привлечения к уголовной ответственности и право обвиняемого на защиту.

Изменение обвинения в суде. Проводя судебное разбирательство в пределах обвинения, в отношении которого назначено судебное разбирательство, суд может, однако, не согласиться с обвинением — оправдать подсудимого или изменить обвинение, т.е. вынести обвинительный приговор по другому обвинению.

Изменение обвинения в суде согласно ч. 2 ст. 252 УПК допускается, если новое уголовно-правовое содержание обвинения не ухудшает положения подсудимого (уголовно-правовое условие допустимости изменения обвинения) и не нарушает его права на защиту (уголовно-процессуальное условие допустимости изменения обвинения).

Читайте так же:  Что грозит за неуплату алиментов меры наказания и размер штрафа
Видео (кликните для воспроизведения).

Исходя из этого, не допускается ухудшать положение подсудимого путем изменения обвинения на более тяжкое. Судебная практика выработала определенные представления о том, когда изменение обвинения ухудшает положение подсудимого , т.е. является переходом к более тяжкому обвинению, и поэтому недопустимо. Суд не может изменить квалификацию преступления и применить статью УК, предусматривающую более строгое наказание. Нельзя применить статью с более суровым видом наказания, с большей минимальной или максимальной санкцией, а также предусматривающую дополнительное наказание или связанную с более строгим режимом отбывания наказания. Обвинение считается более тяжким, если вновь вменяемое преступление в отличие от прежнего позволяет признать рецидив преступлений или особо опасный рецидив (ст. 18 УК). Более тяжким признается обвинение, которое хотя и не требует изменения квалификации, но включает новые эпизоды преступной деятельности или дополнительные отягчающие обстоятельства, а также исходит из большего размера причиненного ущерба.

Статья 252. Пределы судебного разбирательства

1. Судебное разбирательство проводится только в отношении обвиняемого и лишь по предъявленному ему обвинению.

2. Изменение обвинения в судебном разбирательстве допускается, если этим не ухудшается положение подсудимого и не нарушается его право на защиту.

Не нашли то, что искали? Воспользуйтесь поиском:

Лучшие изречения: Как то на паре, один преподаватель сказал, когда лекция заканчивалась — это был конец пары: «Что-то тут концом пахнет». 8469 —

| 8066 — или читать все.

185.189.13.12 © studopedia.ru Не является автором материалов, которые размещены. Но предоставляет возможность бесплатного использования. Есть нарушение авторского права? Напишите нам | Обратная связь.

Отключите adBlock!
и обновите страницу (F5)

очень нужно

Суд уменьшил объем предъявленного обвинения

Об актуальных изменениях в КС узнаете, став участником программы, разработанной совместно с ЗАО «Сбербанк-АСТ». Слушателям, успешно освоившим программу выдаются удостоверения установленного образца.

В рамках круглого стола речь пойдет о Всероссийской диспансеризации взрослого населения и контроле за ее проведением; популяризации медосмотров и диспансеризации; всеобщей вакцинации и т.п.

Программа, разработана совместно с ЗАО «Сбербанк-АСТ». Слушателям, успешно освоившим программу, выдаются удостоверения установленного образца.

Обзор документа

Определение СК по уголовным делам Верховного Суда РФ от 21 февраля 2012 г. N 81-Д12-2 Суд частично изменил ранее принятые решения, исключив из осуждения виновного такой квалифицирующий признак, как убийство из корыстных побуждений, поскольку виновный также осужден за убийство, сопряженное с разбоем, что само по себе предусматривает корыстный мотив, в этом случае дополнительной квалификации по данному признаку не требуется, в связи с уменьшением объёма обвинения суд снизил наказание, назначенное за данное преступление

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе:

председательствующего Червоткина А.С.,

судей Глазуновой Л.И., Ермолаевой Т.А.,

при секретаре Ереминой Ю.В.

рассмотрела в судебном заседании дело по надзорной жалобе осужденного Фомина В.И. на приговор Кемеровского областного суда от 11 февраля 2000 года, которым

Фомин В.И., . судимый 21 апреля 1999 года по ч. 1 ст. 158 УК РФ к 1 году лишения свободы условно с испытательным сроком 1 год;

— по п.п. «д», «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ к 15 годам лишения свободы;

— по п. «в» ч. 3 ст. 162 УК РФ — к 9 годам лишения свободы с конфискацией имущества.

На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ назначено наказание в виде 16 лет лишения свободы с конфискацией имущества.

В соответствии со ст. 70 УК РФ назначено 17 лет лишения свободы с конфискацией имущества с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Заслушав доклад судьи Глазуновой Л.И., выступление адвоката Чигорина Н.Н., просившего изменить приговор по основаниям, изложенным в надзорной жалобе осуждённого, прокурора Полеводова С.Н., полагавшего исключить осуждение Фомина В.И. по квалифицирующему признаку совершение убийства из корыстных побуждений, в остальной части приговор оставить без изменения, судебная коллегия установила:

Фомин В.И. осуждён за убийство П. с особой жестокостью, сопряженное с разбоем, из корыстных побуждений, и за разбойное нападение с целью завладения чужим имуществом неоднократно, с применением предмета, используемого в качестве оружия, с причинением тяжкого вреда здоровью потерпевшей.

В кассационном порядке дело не рассматривалось.

Постановлением Заводского районного суда г. Кемерово от 19 января 2007 года приговор приведён в соответствие с изменениями, внесёнными в уголовное законодательство Федеральным законом № 162-ФЗ от 8 декабря 2003 года, исключено указание на назначение Фомину В.И. дополнительного наказания в виде конфискации имущества; исключёно осуждение по квалифицирующему признаку совершения разбоя «неоднократно».

Постановлением Заводского районного суда г. Кемерово от 3 августа 2009 года приговор изменён, исключено указание на назначение наказания по правилам ст. 70 УК РФ. Постановлено считать его осуждённым по п.п. «д», «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ к 15 годам лишения свободы, по п. «в» ч. 3 ст. 162 УК РФ к 9 годам лишения свободы. На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ постановлено считать его осуждённым к 16 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Постановлением президиума Кемеровского областного суда от 15 августа 2011 года постановление Заводского районного суда г. Кемерово от 3 августа 2009 года изменено — из описательно-мотивировочной части приговора исключено указание на наличие рецидива преступлений как отягчающего наказание обстоятельства, а также на назначение наказания с учётом рецидива преступлений. Назначенное Фомину В.И. наказание снижено по п.п. «д», «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ до 14 лет 8 месяцев лишения свободы, по п. «в» ч. 3 ст. 162 УК РФ до 8 лет 8 месяцев лишения свободы. На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ назначено 15 лет 6 месяцев лишения свободы.

В надзорной жалобе Фомин В.И. просит о пересмотре приговора, выражая несогласие с квалификацией его действий по п. «в» ч. 3 ст. 162 УК РФ, просит переквалифицировать его действия на ч. 1 ст. 158 УК РФ, а также исключить осуждение по квалифицирующему признаку «убийство потерпевшей из корыстных побуждений».

Проверив материалы дела, обсудив доводы надзорной жалобы, судебная коллегия приходит к выводу, что приговор и последующие судебные решения в отношении Фомина В.И. подлежат изменению.

[1]

Давая правовую оценку содеянному, суд первой инстанции квалифицировал действия Фомина В.И., направленные на убийство потерпевшей, по п. «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ по двум квалифицирующим признакам «сопряжённое с разбоем» и «из корыстных побуждений».

Между тем совершение убийства, сопряжённое с разбоем, само по себе предусматривает корыстный мотив и дополнительной квалификации по признаку «из корыстных побуждений» не требуется, в связи с чем осуждение Фомина В.И. по указному квалифицирующему (из корыстных побуждений) признаку подлежит исключению из приговора.

В связи с уменьшением объёма обвинения, подлежит снижению наказание, назначенное Фомину В.И. за данное преступление.

Вместе с тем, доводы осуждённого о переквалификации его действий с п. «в» ч. 3 ст. 162 УК РФ на ч. 1 ст. 158 УК РФ, являются необоснованными, поскольку вывод суда о том, что убийство потерпевшей было совершено с целью завладения её имуществом, подтверждается доказательствами, исследованными в судебном заседании. О направленности умысла на похищение имущества с применением насилия, опасного для жизни и здоровья потерпевшей, свидетельствуют действия осужденного, как до её убийства, так и после.

Оснований к переквалификации действий осуждённого на статью Уголовного закона, предусматривающего ответственность за кражу чужого имущества, оснований судебная коллегия не находит.

Руководствуясь ст.ст. 407, 408 УПК РФ, судебная коллегия определила:

приговор Кемеровского областного суда от 11 февраля 2000 года, постановление Заводского районного суда г. Кемерово от 19 января 2007 года, постановление Заводского районного суда г. Кемерово от 3 августа 2009 года и постановление президиума Кемеровского областного суда от 15 августа 2011 года в отношении Фомина В.И. изменить, исключить из осуждения по п. «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ квалифицирующий признак «убийство, из корыстных побуждений».

Читайте так же:  Что делать если организация не выплачивает алименты

Снизить Фомину В.И. наказание по п.п. «д», «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ до 14 лет 6 месяцев лишения свободы.

На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путём частичного сложения окончательно назначить ему 15 лет 4 месяца лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

В остальной части состоявшиеся судебные решения в отношении Фомина В.И. оставить без изменения, а его надзорную жалобу — без удовлетворения.

Председательствующий Червоткин А.С.
Судьи Глазунова Л.И.
Ермолаева Т.А.

Обзор документа

Лицо осуждено за убийство с особой жестокостью, сопряженное с разбоем, из корыстных побуждений и за разбойное нападение с причинением тяжкого вреда здоровью потерпевшей.

В надзорной жалобе осужденный выражает несогласие с квалификацией его действий как разбоя, совершенного с причинением тяжкого вреда здоровью потерпевшей.

В связи с этим он просит переквалифицировать его действия на кражу, а также исключить осуждение по квалифицирующему признаку «убийство потерпевшей из корыстных побуждений».

Судебная коллегия ВС РФ пришла к выводу, что приговор и последующие судебные решения в отношении осужденного подлежат изменению.

Давая правовую оценку содеянному, суд первой инстанции квалифицировал действия осужденного, направленные на убийство потерпевшей, по двум квалифицирующим признакам: «сопряженное с разбоем» и «из корыстных побуждений».

Между тем совершение убийства, сопряженного с разбоем, само по себе предусматривает корыстный мотив, и дополнительной квалификации по признаку «из корыстных побуждений» не требуется.

В связи с этим осуждение по квалифицирующему признаку «из корыстных побуждений» подлежит исключению из приговора.

В связи с уменьшением объема обвинения подлежит снижению наказание, назначенное за данное преступление.

Вместе с тем доводы осужденного о переквалификации его действий с разбоя, совершенного с причинением тяжкого вреда здоровью потерпевшей, на кражу являются необоснованными. Вывод суда о том, что убийство потерпевшей было совершено с целью завладения ее имуществом, подтверждается доказательствами, исследованными в судебном заседании.

О направленности умысла на похищение имущества с применением насилия, опасного для жизни и здоровья потерпевшей, свидетельствуют действия осужденного как до ее убийства, так и после.

Поэтому оснований к переквалификации действий осужденного на статью УК РФ, предусматривающую ответственность за кражу чужого имущества, не имеется.

Приговор суда по ч. 1 ст. 292 УК РФ № 1-633/2017 | Служебный подлог

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Иркутск 10 августа 2017 года

Свердловский районный суд г. Иркутска в составе: председательствующего судьи Лысенко Д.В.,

при секретаре Рыбалко Ю.С., с участием государственного обвинителя – заместителя прокурора Свердловского района г. Иркутска Ванюшенко А.В., защитников – адвокатов Кухоревич С.Н., Рыжих Н.А.,

подсудимой Максимовой Ольги Егоровны, . ранее не судимой,

Мера пресечения не избиралась,

рассмотрев материалы уголовного дела № 1-633/2017 в отношении Максимовой Ольги Егоровны, обвиняемой в совершении преступлений, предусмотренных ст. 292 ч. 1, 303 ч. 2 УК РФ,

Подсудимая Максимова являясь лицом производящим дознание совершила фальсификацию доказательств по уголовному, а также служебный подлог. Преступления совершены при следующих обстоятельствах:

ФИО4, являясь должностным лицом, производящим дознание, наделенным организационно – распорядительными полномочиями и правом принимать решения, имеющие юридическое значение и влекущие юридические последствия, решения обязательные для исполнения гражданами и организациями, а именно дознавателем отделения дознания отдела полиции № 2 МУ МВД России «Иркутское» (далее по тексту ОД ОП № 2 МУ МВД России «Иркутское») ( ), назначенная на должность дознавателя отделения дознания отдела полиции № 2 УМВД России по г.Иркутску (ныне МУ МВД России «Иркутское») приказом и.о. начальника управления Министерства внутренних дел Российской Федерации по городу Иркутску л/с от , действующей на основании Должностного регламента (должностной инструкции) от , утвержденной начальником ОП № 2 МУ МВД России «Иркутское», уполномоченная в пределах компетенции, предусмотренной ст. 40, 41, 150 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, производить предварительное расследование в форме дознания по находящимся в её производстве уголовным делам, имея специальное звание – капитан юстиции, с 15 декабря 2016 года производила дознание по возбужденному ею в указанную дату и принятому к производству уголовному делу в отношении ФИО10 о совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 119 УК РФ.

В период времени с 15 декабря 2016 года по 14 января 2017 года, более точные дата и время органом следствия не установлены, у дознавателя Максимовой, находящейся в г. Иркутске, в ходе расследования уголовного дела возник преступный умысел, направленный на фальсификацию доказательств, в связи с тем, что Максимова действуя из иной личной заинтересованности, а именно в целях избежать нареканий со стороны своего руководства о длительности расследования уголовного дела, не желая организовывать должным образом, в соответствии УПК РФ вызов и допрос свидетеля по уголовному делу ФИО2, года рождения, а также вызов и проведение процессуальных и следственных действий с потерпевшей ФИО3, года рождения и решила уменьшить объем своей работы по уголовному делу.

Далее в период времени с 15 декабря 2016 года по 14 января 2017 года, более точные дата и время органом следствия не установлены, дознаватель Максимова, находясь в кабинете № 47 отдела полиции № 2 МУ МВД России «Иркутское» по адресу: г. Иркутск, ул. Бродского, д. 2 «а», придала вид законности вышеуказанным протоколам допросов, подписав их лично, и приобщила сфальсифицированные ею доказательства — протокол допроса потерпевшей ФИО3 от , протокол допроса свидетеля ФИО2 от к материалам уголовного дела .

После чего, лицо производящее дознание – дознаватель Максимова включила указанные сфальсифицированные доказательства в обвинительный акт по уголовному делу .

14 января 2017 года дознаватель Максимова в городе Иркутске направила в порядке ч. 4 ст. 225 УПК РФ уголовное дело в отношении ФИО10 в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 119 УК РФ, прокурору Свердловского района г. Иркутска, находящемуся по адресу: г.Иркутск, ул.Лермонтова, 102 «а» для утверждения обвинительного акта, с приобщенными к уголовному делу сфальсифицированными доказательствами в виде протокола допроса потерпевшей ФИО3 от , протокола допроса свидетеля ФИО2 от .

18 января 2017 года обвинительный акт по уголовному делу утвержден заместителем прокурора Свердловского района г. Иркутска советником юстиции Сапрыкиным А.В., не осведомленным о преступных действиях последней.

20 января 2017 года уголовное дело поступило к мировому судье Иркутской области судебного участка № Свердловского района г. Иркутск для рассмотрения по существу.

Далее в период времени с 15 декабря 2016 года по 14 января 2017 года, более точные дата и время органом следствия не установлены, дознаватель Максимова, находясь в кабинете № 47 отдела полиции № 2 МУ МВД России «Иркутское» по адресу: г. Иркутск, ул. Бродского, д. 2 «а», придала вид законности вышеуказанным протоколам, подписав их лично, и приобщила указанные официальные документы с заведомо ложными сведениями к материалам уголовного дела .

После чего, лицо производящее дознание – дознаватель Максимова включила официальные документы с заведомо ложными сведениями к материалам уголовного дела в обвинительный акт по уголовному делу .

14 января 2017 года дознаватель Максимова О.Е. в городе Иркутске направила в порядке ч. 4 ст. 225 УПК РФ уголовное дело в отношении ФИО10 в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 119 УК РФ, прокурору Свердловского района г. Иркутска, находящемуся по адресу: г.Иркутск, ул.Лермонтова, 102 «аА», для утверждения обвинительного акта с приобщенными к уголовному делу официальными документами с заведомо ложными сведениями — постановление о признании потерпевшей ФИО3 от .

обвинительный акт по уголовному делу утвержден заместителем прокурора Свердловского района г. Иркутска советником юстиции Сапрыкиным А.В., не осведомленным о преступных действиях последней.

уголовное дело поступило к мировому судье Иркутской области судебного участка № Свердловского района г. Иркутск для рассмотрения по существу.

Подсудимая Максимова, при наличии согласия государственного обвинителя, заявила о согласии с предъявленным ей обвинением и поддержала свое ходатайство о постановлении приговора без проведения судебного разбирательства, заявленное в присутствии защитников и в период, установленный ст. 315 УПК РФ.

Читайте так же:  Сажают ли в тюрьму за неуплату алиментов

Условия постановления приговора без проведения судебного разбирательства в общем порядке, в соответствии со ст. 314 УПК РФ, соблюдены.

Подсудимая Максимова, понимая существо изложенного обвинения, в совершении преступлений, наказание за каждое из которых не превышает 10 лет лишения свободы, согласилась с предъявленным ей обвинением в полном объеме. Максимова поддержала заявленное ею ранее добровольно ходатайство о постановлении приговора в особом порядке, без проведения судебного разбирательства в общем порядке, при этом пояснила суду, что она осознает характер и последствия заявленного ходатайства.

У государственного обвинителя отсутствуют возражения против рассмотрения уголовного дела в особом порядке.

Учитывая, что основания для прекращения уголовного дела отсутствуют; подсудимая Максимова, согласилась с предъявленным обвинением, имеются основания применения особого порядка принятия судебного решения, в соответствии со ст. 314 УПК РФ, так как ходатайство заявлено ею в присутствии защитников, в период, установленный ст. 315 УПК РФ; изучив материалы дела, суд пришел к выводу, что обвинение, с которым согласилась подсудимая, обоснованно, подтверждается доказательствами, собранными по уголовному делу.

Органами предварительного следствия подсудимой Максимовой, в том числе было предъявлено обвинение в служебном подлоге, то есть внесении Максимовой, как должностным лицом в протокол уведомления потерпевшей ФИО3 об окончании следственных действий от и протокол ознакомления потерпевшей ФИО3 с материалами уголовного дела от заведомо ложных сведений.

[2]

Однако, в ходе судебного разбирательства до удаления суда в совещательную комнату для постановления приговора государственный обвинитель Ванюшенко уменьшил объем предъявленного подсудимой Максимовой обвинения, исключив из него внесение Максимовой, как должностным лицом в протокол уведомления потерпевшей ФИО3 об окончании следственных действий от и протокол ознакомления потерпевшей ФИО3 с материалами уголовного дела от заведомо ложных сведений, мотивируя тем, что указанные документы не являются официальными, а имеют статус процессуальных документов.

[3]

При таких обстоятельствах, принимая предложенное государственным обвинителем изменение обвинения в сторону смягчения, суд находит данное изменение обвинения обоснованным, мотивированным и обязательным для суда, и поэтому считает правильным уменьшить объем предъявленного подсудимой Максимовой обвинения, исключив из него внесение Максимовой, как должностным лицом в протокол уведомления потерпевшей ФИО3 об окончании следственных действий от и протокол ознакомления потерпевшей ФИО3 с материалами уголовного дела от заведомо ложных сведений, поскольку указанное изменение обвинения не ухудшает положение подсудимой и не нарушает ее право на защиту. Кроме того, указанное изменение обвинения не требовало исследование доказательств.

Действия подсудимой Максимовой суд квалифицирует по 303 ч. 2 УК РФ, как фальсификация доказательств по уголовному делу лицом, производящим дознание, а также по ст. 292 ч. 1 УК РФ, как служебный подлог, то есть внесение должностным лицом в официальные документы заведомо ложных сведений, если эти деяния совершены из иной личной заинтересованности.

Сомнений во вменяемости подсудимой Максимовой у суда не возникло, она не состоит на учете у психиатра, ее поведение в судебном заседании не вызывает сомнений в психической полноценности, поэтому суд признает Максимову вменяемой и подлежащей уголовной ответственности и наказанию за содеянное.

При назначении наказания подсудимой Максимовой, в соответствии со ст. 60 УК РФ, суд учитывает характер и степень общественной опасности преступления; личность виновного, в том числе обстоятельства, смягчающие наказание и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, а также влияние назначенного наказания на исправление подсудимой и на условия жизни ее семьи.

Совершенные подсудимой Максимовой преступления, в соответствии со ст. 15 ч. 2, 3 УК РФ, относятся к категории преступлений небольшой и средней тяжести и направлены против государственной власти, интересов государственной службы и службы в органах местного самоуправления (ст.292 УК РФ) и против правосудия (ст.303 УК РФ).

В качестве смягчающих наказание обстоятельств суд признает: полное признание подсудимой своей вины, раскаяние в содеянном, наличие двоих малолетних детей, один из которых является инвалидом.

Суд не находит оснований для признания в качестве обстоятельства, смягчающего наказания активное способствование расследованию преступлений, поскольку само по себе признание вины подсудимой не является активным способствованием расследованию преступлений.

Обстоятельств, отягчающих наказания, предусмотренных ст. 63 УК РФ, судом не установлено, за отсутствием таковых.

Обсуждая вопрос о назначении наказания, суд приходит к выводу о невозможности определения подсудимой Максимовой более мягкого наказания, предусмотренного санкцией ст. 292 ч. 1 УК РФ, в виде штрафа, учитывая имущественное положение подсудимой, которая не трудоустроена и не имеет постоянного источника дохода.

Суд учитывает также влияние назначенного наказания на исправление подсудимой Максимовой и на условия жизни ее семьи, при которых подсудимая замужем, имеет двоих малолетних детей.

С учетом фактических обстоятельств преступления, предусмотренного ст. 303 ч. 2 УК РФ и степени его общественной опасности суд приходит к выводу, что оснований для изменения категории преступления, в совершении которого обвиняется подсудимая, на менее тяжкую, в соответствии с частью шестой статьи 15 Уголовного кодекса Российской Федерации не имеется.

Обсуждая судьбу вещественных доказательств, суд считает, в соответствии со ст. 81 ч. 3 УПК РФ, вещественные доказательства, .

На основании изложенного и руководствуясь ст. 316 УПК РФ, суд

Максимову Ольгу Егоровну признать виновной в совершении преступлений, предусмотренных ст.ст. 292 ч. 1, 303 ч. 2 УК РФ и назначить наказание:

По ст. 292 ч. 1 УК РФ в виде обязательных работ сроком на двести часов,

По ст. 303 ч. 2 УК РФ в виде ограничения свободы сроком на шесть месяцев.

На основании ч. 2 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, путем поглощения менее строгого наказания более строгим, окончательно назначить наказание в виде ограничения свободы сроком на шесть месяцев.

В соответствии со ст. 53 УК РФ установить осужденной Максимовой О.Е. следующие ограничения: не выезжать за пределы территории муниципального образования – г. Иркутска, не изменять место жительства без согласия специализированного государственного органа (уголовно-исполнительной инспекции), осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, и возложить на осужденную Максимову О.Е. обязанность являться в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, один раз в месяц для регистрации.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Иркутский областной суд, с соблюдением требований ст. 317 УПК РФ, в течение 10 суток со дня его провозглашения. В случае подачи апелляционной жалобы осужденная вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции.

Приговоры судов по ч. 1 ст. 292 УК РФ

органами предварительного следствия Созинов А.П. подозревается в следующем.Созинов А.П. в период с дд.мм.гггг по дд.мм.гггг являлся гражданским персоналом ВС РФ и состоял на должности заведующего поликлиникой филиала ВУНЦ ВВС «ВВА», расположенной .

Видео (кликните для воспроизведения).

Подсудимый Поляков В.Ф. назначенный на основании приказа директора Института ) ФИО3 от 01.03.2013г. № 357-л на должность заведующего учебно-производственной мастерской , обязанный, в соответствии с приказом заместителя директора по учебной и мет.

Источники


  1. Ключевые прецеденты ФАС Московского округа по налогам за 2009 год. — М.: Тимотиз Паблишинг Раша, 2010. — 512 c.

  2. Терехова, Ю. К. Корпоративный юрист. Правовое сопровождение предприятия. Практическое пособие / Ю.К. Терехова. — М.: Дашков и Ко, Вест Кей, 2015. — 222 c.

  3. Виноградов, И.В.; Гладких, А.С.; Крюков, В.Н и др. Судебно-медицинская экспертиза; М.: Юридическая литература, 2012. — 320 c.
  4. Гессен И. В. История русской адвокатуры (подарочное издание); Арт Презент — М., 2013. — 536 c.
  5. Ивин, А.А. Логика для юристов; М.: Гардарики, 2011. — 288 c.
Суд уменьшил объем предъявленного обвинения
Оценка 5 проголосовавших: 1

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here